исторический журнал «Родина»
Когда в светлом детстве болел, всегда просил отца: «Пап, расскажи про Туганова». И отец, фронтовой корреспондент, устроившись рядом, начинал неизменный, ни ему, ни мне не приедавшийся рассказ.
Рассказ отца
– Михаила Туганова послали в разведку, узнать, есть ли поблизости немцы. На своем коне он въехал в село: тихо. И вдруг началась стрельба – немцы! Вырваться из-под огня гансов-автоматчиков шансов никаких.
И тогда всадник сделал обрыв. Притворился, что убит. Умный цирковой конь понял маневр, такой трюк – обрыв – джигит десятки раз проделывал на манеже. Немцы прекратили стрельбу, а конь все мчал и мчал хозяина. Руки у всадника в крови, но даже не ранен. Потом Туганов доложил командиру: в селе – немцы.
За этот подвиг Михаила Туганова наградили орденом Красного Знамени.
Взгляд мальчишки
Вот так я и рос с именем Туганова на устах. Конечно, знал и Михаила Николаевича. Плотный, в темном пиджаке с орденскими планками. На арене трюков его увидеть не успел. Постаревший руководитель аттракциона народный артист РСФСР Михаил Туганов выходил на манеж в папахе и в казачьей бурке, с хлыстом.Дрессированные лошади, мчавшиеся по кругу, были послушны. Его казаки проделывали на арене самые сложные трюки. Именно цирковые, не ковбойские. Они на скаку пролезали под крупом коня, в руках – гармонь. Как удавалось на ней играть и снова оказываться в седле? Или один всадник гарцевал на двух лошадях сразу.
Меня больше всего поражали казаки, делавшие стойку на руках на скачущей лошади. Филиграннейшая джигитовка. В конце игрового аттракциона самый искусный наездник на лихом коне гнал по манежу с развевающимся красным знаменем в руках. Аттракциону Михаила Туганова под названием «О чем звенят клинки» отдавалось целое отделение.
«Я на фронт. Кто хочет – со мной»
Шутили, что руководитель аттракциона в седле с младенчества. Не с младенчества, но с самых юных лет мальчишка из села Шанаево в Северной Осетии учился у старшего брата рисковому искусству верховой езды. Еще до войны его «Ансамбль донских казаков» всегда собирал аншлаги. Часто выступал в знаменитом цирке на Цветном бульваре.Последний аншлаг – 22 июня 1941 года. Отгремели аплодисменты, и Туганов за кулисами собрал всех своих ребят. Не знал, попрощаться или позвать за собой. Сделал и то, и другое: «Я на фронт. Кто хочет, тот со мной». К нему присоединились все до единого.
Сборы были недолги: 9 июля 1941 года из ворот цирка на Цветном бульваре на холеных лошадях выехали 32 всадника. Впереди уже не руководитель аттракциона, а командир взвода Михаил Туганов.
Вскоре тугановцы вошли в состав кавалерийской группы полковника, будущего генерала и Героя Советского Союза Льва Доватора.
На полном галопе
Сегодня мы можем смело назвать конников Туганова настоящим цирковым спецназом. Начало осени 1941-го. Превосходство немцев в танках, артиллерии, самолетах в боях за Москву. Требовалось нечто новое, необычное, для фашистов нежданное.И кавалерийская группа, преобразованная потом в корпус Льва Доватора, 13 сентября отправилась в глубокий рейд по тылам противника. Конников Туганова в группе Доватора приняли с огромным уважением. Перейдя линию фронта, отряд совершил рейд по тылам вермахта.
Ну, казалось бы, что могли противопоставить цирковые артисты отлаженной немецкой махине? Все без исключения умели на полном скаку свеситься с седла и, держась в стременах, укрыться под брюхом лошади. Это помогало подобраться поближе к немецким дотам, отдельным пулеметным гнездам. Немцы же были уверены, что скачет испуганный табун без всадников. И подлетев поближе, тугановцы забрасывали гранатами немецкие укрепления.
Избегали потерь: внезапно приближались к немецким укреплениям, снимали часовых. И стараясь не вступать в перестрелки, уничтожали врага гранатами.
Приходилось использовать и шашки. Коронный трюк «Ансамбля донских казаков», демонстрируемый на манеже: всадник на ходу разрезает острой шашкой яблоко на папахе партнера. Вот так действовали и в бою. Только разрезали на полном галопе уже не яблоки...
Редели их ряды...
До войны зрители очень тепло принимали номер Туганова: на быстром галопе он достает револьвер и точными выстрелами поражает мишени одну за другой. Теперь он стрелял по живым мишеням.Трюки, отрепетированные на манеже, использовались в боях. Тут цирковое мастерство спасало жизни.
Приказ был лаконичен: штурмом взять под Москвой деревню, в которой прочно закрепились немцы. До этого все атаки пехоты глохли. И тогда в атаку пошел «одинокий» табун. Всадники спрятались под крупами лошадей. Испытанный цирковой трюк принес успех. Лошади без седоков быстро приближались к немецким окопам. Противник огонь не открывал, а влетев в деревню, тугановцы снова вскочили в седло и автоматным огнем смяли оборону. Пришлось пустить в ход и острые шашки.
Туганов и его джигиты не подвели Доватора. Выносливые цирковые лошади были всегда послушны. Их и всадников не страшили многокилометровые переходы. Выезжали в дозоры. Были незаменимы в разведке. Всадники бесшумно снимали часовых. Взрывали немецкие склады. Перерезали коммуникации. Немцы были вынуждены снять с фронта и перебросить в тыл две пехотные дивизии, чтобы бороться с неуловимым конным отрядом Доватора.
Есть такое выражение: «Их не брали пули». Нет, пули брали. И во второй половине войны взвод из выживших и выстоявших артистов конного цирка командование переформировало во фронтовой Кавалерийский ансамбль песни и пляски. Лейтенанту Михаилу Туганову присвоили звание гвардии капитана.
Концерт у стен Рейхстага
Одно время он служил в штабе маршала Константина Рокоссовского. В 1944-м маршал объявил благодарность всему личному составу ансамбля. А Михаила Туганова наградил именными часами. К ордену Красного Знамени добавились два ордена Отечественной войны первой степени, медали.А потом был Берлин. Из 32 воинов ансамбля домой вернулись 18. Дальше снова рассказ отца, который не хочу перекладывать на современный лад. Пишу, как он рассказывал:
– С Михаилом Николаевичем Тугановым мы встретились 2 мая 1945 года у стен поверженного Рейхстага. Вот так встреча! Трижды расцеловались. Народу собралось... Одни военные. И только любимая наша Лидия Русланова в своем известном всему Союзу расшитом русском платье.
Наши здорово Рейхстаг разломали. Откуда-то дым. И трупы немцев не все выковыряли. Очень быстро мы шли на Берлин. Устали, и грязь такая. Я даже сапоги не успел вычистить. А Михаил Николаевич и его джигиты – прямо с иголочки. Гвардейцы Туганова концерт и начали. Песни, пляски, гармошка. Все кричат, аплодируют. А Михаил Николаевич уступает место на ступеньках Рейхстага Лидии Андреевне. Она запела «Валенки, не подшиты, стареньки».
Но знаешь, больше всего понравилась другая песня. Очень была под настроение: «Напою коня я в Шпрее». Пели ее несколько раз. Многие плакали. Дошли, коней своих напоили. С Михаилом Николаевичем с тех пор и дружим.
...Часто бывал Туганов у нас в гостях. Называли они друг друга только по имени-отчеству. Меня немного смешило: «Добрый день, Михаил Николаевич!» И в ответ: «Здравствуйте, Михаил Николаевич!»
Последняя встреча
Последний раз я видел Михаила Николаевича Туганова у него дома на Ленинградском проспекте зимой 1974-го. Отвозил пакет от отца. Попили чайку с ним и его внучкой. Туганов был какой-то не такой. Грустный, задумчивый. Рассказал отцу. Он вздохнул: «Михаил Николаевич болен. Дай бог ему – справится». Но вскоре Михаила Николаевича не стало. А за ним ушел и другой Михаил Николаевич.Информация предоставлена газетой "Марийская правда"